У самого синего моря…Природные ресурсы Туапсинского района (6+)

Авг 26th Клещи идут на север и несут с собой смертельно опасный вирус

Наиболее тревожный сигнал пришел из Косова, где ученые обнаружили циркуляцию вируса в районах, которые прежде не считались зонами его распространения. Об этом пишет Science.

Ключевая проблема в том, что отсутствие зарегистрированных случаев у людей еще не означает отсутствия самого вируса. Исследования клещей позволяют обнаружить инфекцию до того, как она начинает проявляться в человеческой популяции. Именно поэтому авторы рассматривают эпидемиологический надзор в Косове как пример того, как можно заранее отслеживать изменение ареала опасного патогена.

Вирус Крым-Конго передается преимущественно клещами рода Hyalomma. Человек может заразиться при укусе инфицированного клеща, а также при контакте с кровью или тканями зараженного животного. Возможна и передача от человека к человеку при контакте с кровью и другими биологическими жидкостями больного.

Инфекция может протекать тяжело: высокая температура, сильная головная и мышечная боль сменяются поражением сосудов и нарушениями свертывания крови. При тяжелом течении возникают кровотечения. По данным ВОЗ, летальность во время вспышек достигает 40%. Вакцины для людей против ККГЛ пока нет.

Для вируса особенно важен не сам рост температуры, а изменение условий существования его переносчиков. Более теплые зимы позволяют клещам дольше сохранять активность и выживать там, где раньше климат ограничивал их распространение.

В Европе это уже приводит к изменению географии риска. Исследователи отмечают расширение ареала клещей-переносчиков в сторону более северных районов. Для вируса это означает появление новых потенциальных территорий циркуляции.

И здесь возникает важный эффект: клещ может прийти раньше, чем появится заболевание. Если система эпидемиологического надзора проверяет только заболевших людей, первые сигналы о появлении вируса могут быть пропущены.

Для России эта история особенно актуальна. ККГЛ — не экзотическая инфекция для нашей страны: она впервые была описана именно в Крыму в 1944 году. Сегодня заболевание регистрируется прежде всего на юге России — в Крыму, на Северном Кавказе, в Ростовской, Волгоградской и Астраханской областях, Калмыкии и других южных регионах. Основным переносчиком считается клещ Hyalomma marginatum.

Российские специалисты также отмечают изменение ареала Hyalomma. Более мягкие зимы и раннее наступление теплого сезона создают условия для продвижения южных видов клещей севернее. При этом на их распространение влияют не только температура, но и наличие животных-хозяев, миграции птиц, сельское хозяйство и изменения ландшафтов.

Авг 24th Деревья могут «сообщать» о засухе тем, как качаются на ветру

Идея основана на довольно простой механике. Когда ветер раскачивает ствол, дерево совершает периодические движения — фактически вибрирует с определенной частотой. Она зависит от массы и жесткости дерева. А количество воды в тканях влияет на эти характеристики.

Предыдущие исследования показали, что более сухие деревья в целом раскачиваются с меньшей частотой. Поэтому, если камера будет постоянно наблюдать за одним и тем же деревом и алгоритм обнаружит, что частота его колебаний постепенно снижается, это может быть признаком водного стресса.

«Если измерять частоту раскачивания во времени и видеть, что она снижается, можно предположить, что дерево испытывает водный стресс», — объясняет исследователь Джо Амматалли из Исследовательского института пустынь.

Чтобы проверить метод, ученые проводят эксперимент в лесу Гарвардского университета в Массачусетсе. Участок Harvard Forest CLIFF позволяет контролировать количество доступной деревьям воды, а рядом находится естественный участок, который используется для сравнения.

Исследователи устанавливают видеокамеры, а на стволах размещают датчики, способные фиксировать небольшие изменения их наклона. Одновременно они получают данные о движении сока внутри деревьев, влажности почвы и осадках. Это позволяет сравнить реальные показатели водного стресса с тем, что «видит» камера.

Затем алгоритм анализирует изображение и извлекает из него частоту раскачивания дерева. Исследователи уже разработали два варианта такого алгоритма. Лучше всего они работают с высокими и относительно тонкими деревьями, у которых хорошо различим ствол. У деревьев с большим количеством ветвей задача сложнее: движение распределяется по множеству веток и его труднее выделить на видео.

В основе метода лежит упрощенная механическая модель: дерево рассматривают как балку, закрепленную одним концом. Когда ветер приводит ее в движение, возникают колебания, по которым можно получить информацию о массе и жесткости конструкции.

Главное преимущество метода — ученым не обязательно создавать специальную сеть наблюдений. В США вдоль дорог уже работают тысячи камер, которые постоянно снимают окружающую обстановку. Если в поле зрения такой камеры находятся деревья, теоретически ее можно использовать для оценки их состояния.

Это особенно актуально для западных регионов США, где усиливаются засухи, а высокие температуры увеличивают потерю воды растениями и почвой. Состояние деревьев важно и с точки зрения пожарной безопасности: высохшая растительность повышает риск крупных пожаров, а ослабленные деревья могут падать на линии электропередачи, становясь причиной возгораний и перебоев с электричеством.

В перспективе система может не только определять нехватку воды, но и помогать находить деревья, которые с большей вероятностью могут упасть. Для коммунальных и энергетических компаний это дало бы возможность заранее проверять потенциально опасные участки.

У метода есть и еще одно применение. Исследователи предполагают, что по движению деревьев можно будет оценивать тепловой стресс городской растительности. Это может помочь понять, какие деревья хуже переносят жару и где их посадка принесет наибольшую пользу.

Пока технология остается экспериментальной. Исследователи завершат сбор данных в конце лета 2026 года и рассчитывают опубликовать результаты полноценного анализа в 2027 году. Поэтому сейчас речь идет не о готовой системе диагностики лесов, а о перспективном способе превратить обычное видео с камер в инструмент экологического мониторинга.

Авг 24th Потепление привело к берегам Гренландии тысячи китов — и они съедают около миллиона тонн добычи

Исследователи проанализировали результаты авиационных наблюдений 2015 и 2024 годов, спутникового слежения за китами и данные о температуре поверхности моря и морском льде. Согласно оценкам, в исследованном районе летом находятся около 4 тыс. горбатых китов, 6 тыс. финвалов и до 6 тыс. малых полосатиков. При этом авторы подчеркивают, что эти оценки могут быть заниженными: часть наблюдавшихся китов не удалось определить до вида, а сами животные встречаются и севернее обследованной территории.

Особенно заметно изменилась ситуация с горбатыми китами. В ходе судовых наблюдений до 2007 года их практически не встречали в этом регионе. В 2007 году зарегистрировали семь наблюдений, в 2015-м — 26, а в 2024 году исследователи насчитали уже более 150 животных. В 2025 году с парусного судна наблюдали необычно крупные группы горбатых китов — по 20 и даже 50 особей.

Авторы связывают эти изменения с перестройкой условий в Восточной Гренландии. Анализ данных о температуре поверхности моря с 1981 по 2024 год показал выраженный перелом примерно около 2000 года. В летние и осенние месяцы температура после этого выросла примерно на 1 °C. Одновременно сокращалась концентрация морского льда, особенно летом и осенью.

Для китов это существенно: раньше плотный дрейфующий лед ограничивал доступ финвалов, горбатых китов и малых полосатиков к прибрежным районам. Теперь животные могут использовать кормовые участки, которые прежде были для них практически недоступны.

Но киты пришли не просто в освободившееся ото льда море. Параллельно изменилось распределение мойвы — небольшой стайной рыбы, которая играет важную роль в арктической пищевой сети. По данным акустических исследований, после 2003 года мойва стала чаще перемещаться с осенних кормовых районов к северу от Исландии в сторону шельфа Гренландии. В результате кормовая рыба оказалась именно там, где теперь кормятся крупные киты.

Исследователи нашли прямые свидетельства такой связи для малых полосатиков: в желудках двух животных, добытых в проливе Скорсби в августе 2025 года, обнаружили остатки мойвы. Наблюдения за горбатыми и финвалами также показывают, что они кормятся в районах, где ожидаются высокие концентрации мойвы. Однако для этих двух видов прямых данных о содержимом желудков нет, поэтому их рацион ученые определяют косвенно.

Исследователи попытались оценить, сколько пищи потребляют три вида усатых китов в регионе. Для этого они использовали численность животных, их массу, оценки суточного потребления и продолжительность пребывания в Восточной Гренландии.

В качестве рабочего сценария взяли примерно четыре месяца кормового сезона — 120 дней. Консервативная оценка дала более 800 тыс. тонн добычи за этот период. Если учитывать повышенную интенсивность питания китов летом, оценка превышает 1 млн тонн в год. При этом авторы специально называют эти значения приблизительными: основная неопределенность связана с численностью китов и их суточным потреблением пищи.

По расчетам модели, именно численность животных сильнее всего влияет на итоговую оценку: она объясняет около 77% неопределенности результата. Поэтому миллион тонн — не точное количество съеденной пищи, а оценка порядка величины.

Для экосистемы это может быть важно. Мойва находится в центре пищевой сети: ей питаются различные рыбы, морские птицы и морские млекопитающие, а сама она потребляет, в частности, криль. Теперь значительный объем этой пищевой энергии перехватывают многочисленные усатые киты.

Ученые называют этот процесс «бореализацией» Восточной Гренландии — продвижением видов, характерных для более теплых северных широт, в Арктику.

Авг 19th Теплый свет уличных фонарей может спасти миллионы насекомых

К такому выводу пришли немецкие ученые, которые два года наблюдали за насекомыми на шести железнодорожных станциях в природном парке Вестхавелланд.

Исследователи сравнили три типа освещения: традиционные натриевые лампы с цветовой температурой 2000 К, холодные светодиоды 4000 К и новые светодиоды с очень теплым янтарным светом 1800 К. Под фонарями установили 36 ловушек, которые работали только в темное время суток. Образцы собирали с июля по октябрь 2023 года и с апреля по июнь 2024 года. Видовой состав дополнительно определяли с помощью ДНК-метабаркодинга, а изображения насекомых анализировали с использованием искусственного интеллекта.

Результат оказался заметным. В первый год эксперимента фонари с температурой 1800 К привлекали в среднем 96 насекомых в неделю на ловушку, тогда как холодные светодиоды 4000 К — 175. То есть теплый свет снижал число привлеченных насекомых примерно на 45%. Во второй год разница составила уже 51%: 25 против 51 насекомого на ловушку в неделю. При этом биомасса привлеченных насекомых при теплом освещении была почти в четыре раза ниже.

Причина, по мнению исследователей, прежде всего в спектре света. Насекомые особенно чувствительны к коротковолновому излучению, включая синюю часть спектра. В светодиодах 1800 К ее практически нет, поэтому они значительно меньше привлекают ночных летающих насекомых.

Интересно, что старые натриевые лампы, несмотря на теплый желто-оранжевый свет, не показали такого преимущества. Их привлекательность для насекомых оказалась сопоставима с холодными светодиодами. Одна из возможных причин — сильный нагрев таких светильников: тепло способно привлекать, например, кровососущих насекомых.

Авторы исследования считают, что переход на светодиоды с температурой около 1800 К может стать относительно простым способом уменьшить воздействие светового загрязнения на насекомых там, где ночное освещение необходимо. После завершения эксперимента все фонари на исследованных платформах уже заменили на такие светильники. Аналогичный подход можно применять на улицах, в парках, садах и вдоль пешеходных дорожек.

При этом ученые подчеркивают: более теплый свет не является универсальным решением. Разные виды насекомых реагируют на искусственное освещение по-разному, а эксперимент касался прежде всего ночных летающих членистоногих. Поэтому снижение числа насекомых, прилетающих к фонарю, еще не означает устранения всех экологических последствий светового загрязнения.

Исследование опубликовано в журнале Biological Conservation.

Авг 19th Ученые составили мировую карту ущерба лесам и биоразнообразию от добычи полезных ископаемых

Согласно исследованию, с 2001 по 2022 год добыча полезных ископаемых привела к потере 16 268 км² лесного покрова — площади, сопоставимой с территорией Пекина. Около 65,6% этих потерь пришлось на тропические и субтропические леса, прежде всего в бассейнах Амазонки, Конго и в Юго-Восточной Азии. В среднем на добычу приходилось около 739 км² потери лесов в год.

Наибольший вклад в вырубку внесли уголь и золото. На угольные шахты пришлось около 5474 км² потери лесов, или 33,65% общего показателя, на золотодобычу — 5125 км², или 31,5%. Далее следуют другие нерудные полезные ископаемые, бокситы, медь, железо, никель и кобальт, а также олово. Почти половина всей зафиксированной потери лесов была связана с добычей золота, угля, алюминия, никеля и кобальта и меди.

Однако карта показала важную особенность: ущерб биоразнообразию не всегда соответствует площади вырубленного леса. Например, литий относится к сырью с относительно небольшими масштабами потери лесов, но связан с высоким риском для биоразнообразия. По оценке исследователей, особенно высокие значения индекса риска исчезновения видов характерны для лития и вольфрама.

Это объясняется тем, что некоторые месторождения расположены в районах с высокой концентрацией редких и уязвимых видов. При этом добыча может наносить ущерб экосистемам и там, где вырубка леса практически незаметна. Например, разработка литиевых месторождений в солончаках и водно-болотных угодьях способна нарушать хрупкие экосистемы без масштабного изменения лесного покрова.

Для создания карты ученые объединили спутниковые данные, методы машинного обучения и облачные вычисления. Это позволило классифицировать около 70 тыс. горнодобывающих участков по виду добываемого сырья, а затем сопоставить их с глобальными данными об исчезновении лесов и риске вымирания видов.

Авторы отмечают, что их оценка скорее консервативная. Исследование учитывало главным образом прямые последствия добычи внутри границ горных разработок. Вырубка леса для дорог, энергетической инфраструктуры, поселков и других объектов вокруг рудников в расчет не включалась. Не учитывались также многие последствия подземной добычи и загрязнение, распространяющееся за пределы горных участков. Поэтому реальный экологический след добычи, вероятно, больше.

Полученная карта может использоваться для оценки экологических рисков в цепочках поставок минералов. Особенно это важно на фоне роста спроса на литий, никель, кобальт и другие металлы, необходимые для аккумуляторов, электромобилей и систем хранения энергии. Переход к низкоуглеродной энергетике не отменяет воздействия добычи на природу — он меняет набор востребованных ресурсов и связанные с ними экологические риски.

Авг 17th Каждый второй вид перелётных птиц в мире сокращается

51% видов перелётных птиц в мире имеют сокращающиеся популяции. К такому выводу пришли авторы крупного международного обзора, опубликованного в журнале Nature Reviews Biodiversity. Исследователи проанализировали данные о состоянии, угрозах и охране мигрирующих птиц и показали, что снижение численности происходит во всех основных регионах мира.

Перелётные птицы особенно уязвимы потому, что в течение года используют несколько разных экосистем. Для размножения они могут прилетать в Арктику, затем останавливаться на пути миграции в Центральной Европе или Центральной Азии, а зимовать в Африке или Южной Азии. Если исчезает или ухудшается хотя бы одно из этих мест, под угрозой оказывается вся популяция.

Главные угрозы связаны с изменением и потерей местообитаний, изменением климата, применением пестицидов, распространением инвазивных видов, болезнями и гибелью птиц при столкновениях с инфраструктурой. Для перелётных видов эти факторы могут действовать сразу на нескольких этапах годового цикла и в разных странах.

Особенно важно, что большая часть жизни перелётных птиц проходит за пределами охраняемых природных территорий. Поэтому создание заповедника в одном месте не всегда решает проблему: необходимо сохранять связанные между собой места размножения, остановок во время миграции и зимовки. Авторы обзора предлагают перейти к стратегиям, которые учитывают весь годовой цикл жизни конкретных видов.

Учёные отмечают, что возможности для такого мониторинга быстро растут. Спутниковые и другие системы слежения позволяют отслеживать маршруты отдельных птиц, акустический мониторинг с использованием алгоритмов искусственного интеллекта — фиксировать присутствие видов, а данные наблюдений граждан помогают оценивать изменения численности на больших территориях.

Ситуация, однако, не означает неизбежного исчезновения перелётных птиц. Исследователи приводят примеры успешного восстановления популяций водоплавающих, журавлей, куликов и хищных птиц. По их мнению, ключевая проблема сегодня не столько в отсутствии научных методов, сколько в необходимости координировать охрану мигрирующих видов между странами и одновременно защищать все важные участки их маршрутов.

Перелётные птицы важны не только как индикаторы состояния экосистем. Они участвуют в регулировании численности насекомых, распространении семян, опылении растений и поддержании пищевых цепей. Поэтому их сокращение отражает более масштабные изменения в экосистемах, через которые проходят миграционные пути.

Июл 30th Глубины океана оказались одним из главных источников новых видов на Земле

Международная команда ученых проанализировала эволюционную историю нескольких групп морских беспозвоночных, сопоставив генетические данные с ископаемыми остатками. Оказалось, что многие современные морские животные возникли именно в глубоководных экосистемах, а затем распространились в более мелководные районы океана.

Особенно активно этот процесс происходил после массовых вымираний, когда экосистемы на континентальном шельфе оказывались сильно нарушены. В то время как мелководные сообщества переживали кризис, глубокий океан оставался относительно стабильной средой. Именно там продолжалась эволюция, формировались новые линии организмов, которые позже заселяли освободившиеся экологические ниши.

Исследователи называют этот процесс своеобразным эволюционным «ускорителем». Глубоководье не просто сохраняло биоразнообразие во времена глобальных катастроф, но и становилось источником новых форм жизни, способных освоить изменившиеся условия.

Работа также меняет представления о направлении эволюции морских организмов. Ранее считалось, что большинство глубоководных видов произошло от обитателей мелководья, постепенно приспособившихся к жизни на больших глубинах. Новые данные показывают, что связь была двусторонней: многие эволюционные линии неоднократно «возвращались» из глубин к поверхности.

Это открытие имеет значение не только для понимания прошлого Земли. Сегодня глубоководные экосистемы испытывают растущее давление из-за изменения климата, загрязнения и планов по добыче полезных ископаемых на океанском дне. Если именно эти районы служат одним из главных резервуаров будущего биоразнообразия, их сохранение приобретает особую важность.

Авторы исследования подчеркивают, что глубокий океан — это не безжизненная темная пустыня, а динамичная экосистема, которая на протяжении миллионов лет играла ключевую роль в эволюции жизни на нашей планете. Защита этих малоизученных местообитаний может оказаться важной не только для сохранения существующих видов, но и для будущего морского биоразнообразия.

Июл 29th Короеды Euwallacea захватывают городские леса по всему миру

Эти небольшие жуки, длина которых составляет всего несколько миллиметров, относятся к амброзиевым жукам. В отличие от многих насекомых, они не питаются древесиной напрямую. Самки прогрызают ходы внутри стволов и выращивают там симбиотические грибы, которыми затем питаются личинки и взрослые особи. Однако некоторые виды грибов блокируют транспорт воды и питательных веществ внутри дерева, что приводит к его ослаблению и гибели.

Особенно уязвимыми оказываются городские деревья, которые часто растут в условиях дополнительного стресса — нехватки воды, загрязнения воздуха и ограниченного пространства для корней. Попадание нового вредителя в такие экосистемы может быстро приводить к массовому усыханию отдельных пород.

До недавнего времени многие вспышки связывали с одним видом — так называемым полифаговым амброзиевым жуком Euwallacea fornicatus. Однако генетические исследования показали, что под этим названием скрывается целая группа близких видов, которые внешне почти не отличаются друг от друга.

Используя анализ ДНК, ученые смогли установить, что разные представители группы Euwallacea независимо распространялись в новые регионы благодаря международной торговле растениями и древесными материалами. После попадания в новые места некоторые виды быстро закреплялись и начинали поражать местные деревья.

Проблема осложняется тем, что визуально отличить этих жуков практически невозможно. Специалисты долгое время могли ошибочно объединять разные виды в одну группу, что затрудняло отслеживание их распространения и разработку эффективных мер контроля.

Исследователи отмечают, что городские леса становятся все более важными элементами адаптации городов к изменению климата: они снижают температуру, поглощают углекислый газ и поддерживают биоразнообразие. Поэтому защита деревьев от инвазивных вредителей становится одной из ключевых задач городского природопользования.

Ученые считают, что для борьбы с жуками Euwallacea необходимы раннее обнаружение новых очагов, генетическая идентификация видов и более строгий контроль перемещения растительного материала между странами. Маленький жук, который легко помещается на кончике иглы, оказался способен стать глобальной угрозой для зеленой инфраструктуры городов.

Июл 28th Пестициды могут способствовать распространению клещей на север

Исследование, опубликованное в Journal of Applied Ecology, посвящено двум широко применяемым акарицидам — пропоксуру и хлорпирифосу. Ученые изучили их влияние на американского собачьего клеща (Dermacentor variabilis) и коричневого собачьего клеща (Rhipicephalus sanguineus). При этом использовались не смертельные, а сублетальные концентрации препаратов — такие, с которыми клещи могут сталкиваться в природе.

После обработки клещей помещали на два часа в климатическую камеру с температурой от –4 до –20 °C, чтобы определить порог их выживаемости. Оказалось, что у необработанных американских собачьих клещей половина особей погибала при температуре около –15,7 °C. После воздействия пропоксура этот показатель снизился до –17,9 °C, а после обработки хлорпирифосом — до –19,4 °C. Таким образом, пережившие контакт с пестицидами клещи переносили мороз на несколько градусов лучше контрольной группы.

Чтобы проверить, проявится ли этот эффект вне лаборатории, исследователи организовали восьмимесячный полевой эксперимент в штатах Огайо и Южная Дакота. Обработанных и необработанных клещей поместили в контейнеры с почвой и оставили зимовать в естественных условиях. Результаты подтвердили лабораторные наблюдения: клещи, подвергшиеся воздействию акарицидов, чаще переживали зиму, причем наиболее выраженный эффект наблюдался после обработки пропоксуром.

Авторы предполагают, что причиной может быть перекрестная устойчивость. Воздействие химического стресса активирует часть тех же защитных механизмов, которые организм использует для борьбы с холодом. В результате физиологические изменения, вызванные пестицидами, одновременно повышают морозоустойчивость.

Использовав эти данные в моделировании, ученые показали, что повышение зимней выживаемости способно сместить потенциальный ареал американского собачьего клеща севернее. При этом исследователи подчеркивают, что речь не идет о доказательстве того, что именно пестициды уже вызвали расширение ареала. На распространение клещей также влияют потепление климата, влажность, растительность, наличие животных-хозяев и другие экологические факторы.

Работа показывает, что экологические последствия применения пестицидов могут быть сложнее, чем считалось ранее. В природе организмы далеко не всегда получают смертельные дозы химикатов, и такое воздействие может вызывать неожиданные адаптивные изменения, способные повлиять на распространение видов.

Июл 28th Бархатцы предложили использовать как экологичный источник белка

Ученые исследовали белок, извлеченный из высушенных цветков Calendula officinalis (ноготков лекарственных, которые в англоязычных источниках также называют marigold). После измельчения сырья исследователи последовательно выделили несколько белковых фракций — альбумины, глобулины, глютелины и проламины — и оценили их состав и свойства. В среднем из 100 г сухого сырья удавалось получить около 9 г белка, что сопоставимо с содержанием белка в киноа и некоторых других растительных продуктах.

Однако исследователей заинтересовала не только пищевая ценность. Часть белковых фракций оказалась устойчивой к нагреву до температуры около 105 °C, что делает их потенциально более подходящими для выпечки, чем белки некоторых распространенных культур, например нута. Кроме того, белки бархатцев хорошо удерживали воду и масло, обладали эмульгирующими свойствами и способностью образовывать пену. Благодаря этому они могут использоваться при производстве соусов, заправок, десертов и других продуктов, где важна стабильная текстура.

Еще одно преимущество такого сырья связано с сокращением пищевых отходов. Во многих странах, особенно в Индии и Мексике, бархатцы массово выращивают для украшения праздников и религиозных церемоний. После использования значительная часть цветов выбрасывается — по оценкам исследователей, около 40% урожая становится отходами. Переработка этих цветков в пищевой ингредиент могла бы одновременно уменьшить объем отходов и расширить ассортимент экологичных источников белка.

Авторы подчеркивают, что технология пока находится на стадии исследований. Прежде чем белок из бархатцев появится в составе пищевых продуктов, необходимо оценить его вкусовые качества, безопасность и экономическую эффективность промышленного производства.